Задать вопрос о книге:

Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж

Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж - фото
14048
Нет в наличии

700 грн.

-+
Сообщить о поступлении

Сообщить о поступлении товара

Ваша просьба принята!

Вы получите уведомление о поступлении товара в продажу на указанные Вами контакты

Автор: Нил Эндрюс

Издательство: Infotropic Media

Год издания: 2012

Количество страниц: 544

ISBN: 978-5-9998-0093-0

Переплет: твердый

Тираж: 200

Аннотация

У вас в руках – настоящий профессиональный подарок и себе, и коллегам-юристам.

Это книга одного из лучших экспертов по гражданскому процессу Англии, профессора гражданского и частного права Кембриджского университета Нила Эндрюса. Не ищите английский оригинал книги. Вы его не найдете. Автор специально подготовил эту книгу для российских специалистов. За последние 20 лет это первая переводная работа очень высокого профессионального уровня, которая открывает отечественным процессуалистам доступ к первоисточникам. Автор фокусируется на дискуссионных вопросах гражданского процесса, в полной мере учитывает происходящие в современной Англии реформы, включает в систему гражданского процесса и исследует также медиацию и арбитраж – альтернативные способы урегулирования и разрешения споров.

Книга хорошо структурирована, автор стремился сделать каждый параграф самодостаточным, с помощью поискового аппарата обеспечить быстрый поиск нужной информации, – это еще и отличный пример того, как надо писать книги для специалистов.

Российские бизнесмены все чаще передают свой спор на рассмотрение судов Англии. Вызвано ли это недоверием к нашей судебной системе или ее несовершенством? В России идет реформа гражданского процесса. Какие новые правовые новеллы могут быть имплементированы в российский процесс? Какие правила уже признаны неудачными в Англии? Какие изменения можно сделать для того, чтобы отечественная судебная система стала привлекательной для иностранных участников?

Все это – в новом, интересном, актуальном и полезном издании для отечественных процессуалистов.

Авторы

Авторы книги Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж
Нил Эндрюс Нил Эндрюс Профессор Кембриджского университета, колледж Клэйр (Великобритания). Один из ведущих специалистов Англии в области гражданского процесса.

Выступал с лекциями по английскому гражданскому процессуальному праву в Австрии, Бельгии, Бразилии, Канаде, Китае, Чехии, Франции, Германии, Израиле, Италии, Японии, Мексике, Нидерландах, Португалии, Испании, Швеции, Швейцарии и США. Профессор Эндрюс является членом президиума (заместителем президента) Международной ассоциации процессуального права (всемирной ассоциации специалистов в сфере гражданского процессуального права), представителем Англии в редакционном комитете проекта Американского института права / Международного института унификации частного права UNIDROIT «Принципы транснационального гражданского процесса».
В 2007 г. по рекомендации многих ведущих судей Высокого суда правосудия, Апелляционного суда и Верховного суда избран старшиной коллегии барристеров Middle Temple (Лондон) в знак признания профессиональной компетенции в сфере гражданского процессуального права.

Предисловие

Все чаще и чаще в газетах можно увидеть информацию о том, что российские бизнесмены передали свой спор на рассмотрение судов Англии. Вызвано ли это недоверием к нашей судебной системе или ее несовершенством? Как показывает статистика, английские суды пользуются популярностью не только у наших соотечественников.

По данным английского правового общества (Law Society), в 80% дел, рассматриваемых английскими судами, присутствует, как минимум, одна иностранная сторона, а практически в 50% дел обе стороны являются иностранными. По сути это означает, что Англия воспринимается иностранными бизнесменами как удачное место для разрешения их споров, даже если такие споры не имеют какой-либо связи с юрисдикцией английских судов.

Можно назвать несколько причин данной популярности английских судов.

Во-первых, английский гражданский процесс исторически развивался как сугубо состязательный. Хотя принцип состязательности был известен и гражданскому процессу советского периода, его сущность состояла в том, что, возлагая на стороны обязанность по доказыванию, закон не ставил суд в положение безучастного арбитра, при недостаточности доказательств суд должен был заботиться об их восполнении. При этом в новых процессуальных кодексах суд не был лишен активной роли в установлении действительных обстоятельств по делу, хотя роль суда в процессе доказывания, надо сказать, заметно снизилась.

В отличие от судов стран континентальной правовой традиции роль суда в Англии исторически была крайне пассивной, суд лишь оценивал доказательства, представленные сторонами, и выносил по ним свое решение, при этом редко вмешиваясь в управление делом. Стороны сами определяли, какие доказательства им представлять, кого вызывать в качестве свидетелей и экспертов. Такая модель и являлась полностью состязательной, поскольку суд абсолютно не вмешивался в процесс сбора доказательств.

Хотя такой подход не безупречен и ведет во многом к увеличению судебных расходов сторон и затягиванию разрешения спора, он позитивно воспринимался бизнес-сообществом, поскольку состязательность рассматривается спорящими сторонами как один из ключевых факторов при выборе форума.

В последнее время в Англии были проведены две реформы, направленные на усиление роли суда по управлению делом и снижению юридических расходов, но при этом английский законодатель стремится не умалить состязательность, дабы не снизить привлекательность английских судов в глазах тяжущихся сторон.

Во-вторых, английские судьи пользуются заслуженным авторитетом и признанием в мире. Как правило, судьями становятся бывшие барристеры после весьма продолжительной карьеры в качестве практикующего юриста. Ко времени вступления в должность судьи большинство кандидатов уже являются состоятельными людьми и становятся членами судейского сообщества с целью «помочь справедливости восторжествовать».

Автору настоящих строк не доводилось встретить каких-либо заявлений или публикаций, где была бы отмечена коррупция в английских судах или указывалось на низкую профессиональную квалификацию судьи. Критика чаще сводится к тому, что английский суд имеет лучшее и самое дорогое образование, состоит из весьма обеспеченных людей и потому не всегда адекватно воспринимает нужды простого народа. Но высокая квалификация судей и их независимость воспринимается бизнес-сообществом в качестве преимущества английских судов, что обеспечивает приток международных дел в английские суды и арбитражи.

В-третьих, само английское право часто выбирается сторонами сделки в качестве применимого права. Английское право формировалось как, своего рода, право коммерсантов, поэтому оно во многих случаях дает коммерсанту максимально возможную правовую защиту, по сравнению с другими правовыми системами. Выбор английского права в качестве применимого к сделке во многих случаях определяет и выбор места для разрешения споров, коим часто становится английский суд или Лондонский международный третейский суд (London Court of International Arbitration).

Ну и, в-четвертых, английские суды находятся в постоянном диалоге с «потребителями судебных услуг», стремясь сохранить передовые позиции в деле разрешения споров. Как указывает профессор Эндрюс, «Юридические процедуры, как и политическая система, характеризуются демократией. Если избиратели предпочитают одну политическую партию другой, они могут указать это в кабинке для голосования. Если судебная система (или отдельная категория судов) окажется слишком дорогой или процесс в ней будет обременен ненужными деталями, то лица, имеющие право выбора, - граждане, компании, в том числе иностранные, и даже государственные органы, - предпочтут обратиться в другую инстанцию. Именно по этой причине важное значение имеют комитеты «пользователей судов» (Committees of Court Users). Они могут дать судьям критические отзывы об отправлении ими правосудия по гражданским делам в целом - избегая, конечно, официальных комментариев но отдельным делам» (см. параграф* 9.52 книги).

В России также продолжают осуществляться реформы гражданского процесса. За последние годы существенные изменения в Арбитражный процессуальный кодекс РФ (далее - АПК РФ) вносились, как минимум, шесть раз.

Достаточно существенной переработке подвергся и Гражданский процессуальный кодекс РФ (далее - ГПК РФ). Изучение иностранного опыта при проведении реформ гражданского процесса позволяет, с одной стороны, воспринимать и имплементировать новые правовые идеи, а с другой стороны, избегать введения правил, которые уже признаны неудачными в судебных системах иностранного государства.

Изучение английского опыта также позволяет понять, какие изменения можно сделать для того, чтобы система гражданского процесса стала более привлекательной для иностранных участников. Книги по гражданскому процессу Англии, в том числе переводные, уже публиковались в России.

Так, в 1980 г. был опубликован перевод работы: Уолкер Р. Английская судебная система / Пер. Т.В. Апарова, отв. ред. и предисл. Ф.М. Решетников М.: Юридическая литература, 1980. Кроме того, английский гражданский процесс активно исследовался и отечественными учеными. Здесь прежде всего стоит вспомнить работы профессора В.К. Пучинского: Пучинский В.К. Английский гражданский процесс. М.: УДН, 1974; Он же. Обращение в суд в английском гражданском процессе. М.: УДН, 1983; Он же. Понятие и источники гражданского процессуального права Англии, США и Франции. М.: УДН, 1988. Нельзя обойти вниманием и еще одну классическую работу: Кейлин А.Д. Судоустройство и гражданский процесс капиталистических государств. Часть 1: «Судоустройство». М.: Международная книга, 1950.

В современной литературе также существует большое количество книг, которые в той или иной мере посвящены гражданскому процессу Англии, в частности: Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М.: Издательский дом «Городец», 2008; Она же. Источники гражданского процессуального права Англии. М.: Статут, 2006; Она же. Судебное решение в английском гражданском процессе. М., 1998; Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. М., 1999; Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран. 2-е изд. М.: Проспект, 2004; Гражданский процесс зарубежных стран: учебное пособие / Под ред. А.Г. Давтян. М.: Проспект, 2008.

В этой связи читатель может задаться вопросом, а стоило ли переводить еще одну работу по английскому гражданскому процессу? Представляется, что есть, как минимум, четыре причины, по которым перевод данной книги был необходим.

Первая: за последние годы в гражданском процессе Англии произошли существенные изменения. Несмотря на мировое признание английских судов в качестве хорошего форума для разрешения коммерческих споров, процессуальное право Англии не стоит на месте, а продолжает совершенствоваться. Начиная с 1998 г. в этой стране прошли, как минимум, три больших реформы процессуального права. Так, в 1998 г. завершилась первая реформа, известная как «реформа Вульфа» (по имени лорда Вульфа), которая выразилась в глобальном пересмотре всего процессуального права и принятии Правил гражданского судопроизводства (далее - ПГС) с целью сделать правосудие более доступным, изменить культуру судебного разбирательства в Англии (см. параграфы 1.01-1.02 книги).

Далее, в 2005 г., был принят Закон о конституционной реформе, в результате которого был создан Верховный суд, заменивший собой Апелляционный комитет Палаты лордов (см., например, параграф 2.06 книги). Кроме того, в настоящий момент завершается работа по реформированию системы судебных расходов, в рамках которой лорд-судья Джексон подготовил «Обзор расходов в гражданском процессе» (декабрь 2009 г.)8, где исследовал в полном объеме тему расходов и финансирования. Опубликованные издания на русском языке не могли в полной мере учесть происходившие в последнее время в Англии реформы.

Вторая: исследуя проблематику английского процесса, отечественные ученые часто находятся в некотором информационном вакууме, не имея возможности получить доступ ко всей литературе по теме, и потому не всегда могут так же скрупулезно исследовать тот или иной вопрос, как английские коллеги. В этой связи доступ к первоисточникам - работам английских ученых - нельзя переоценить даже при наличии исследований ученых российских. Поскольку последняя переводная работа была опубликована в 1980 г., т.е. более 20 лет назад, перевод данной книги открывает отечественным процессуалистам доступ к первоисточникам.

Третья: в отличие от авторов большинства отечественных работ по гражданскому процессу Англии профессор Нил Эндрюс включает в систему гражданского процесса и исследует также медиацию и арбитраж - альтернативные способы урегулирования и разрешения споров, которые в настоящее время приобретают все большее значение в Англии, РФ и других цивилизованных странах.

Четвертая: немаловажным является и личность автора книги. Профессор Нил Эндрюс, чьему перу принадлежит эта книга, является одним из лучших специалистов по гражданскому процессу Англии, ему присвоено звание «Профессор гражданского и частного права» Кембриджского университета (Великобритания) в знак признания его заслуг в сфере преподавания и публикаций по процессуальному праву. Профессор Эндрюс является членом президиума (заместителем президента) Международной ассоциации процессуального права (всемирной ассоциации специалистов в сфере гражданского процессуального права), представителем Англии в редакционном комитете проекта Американского института права / Международного института унификации частного права UNIDROIT «Принципы транснационального гражданского процесса».

Эти четыре причины заставляют верить, что книга «Система гражданского процесса Англии», которую Вы держите в руках, будет являться новым, интересным, актуальным и полезным изданием и найдет признание среди российских процессуалистов.

В данном предисловии хотелось бы остановиться на некоторых интересных отличиях английского гражданского процесса от российского, а также на тех новеллах, которые, возможно, стоит заимствовать в отечественное процессуальное право.

Некоторые интересные отличия
от гражданского процесса России

Безусловно, сравнивать гражданский процесс Англии и России - занятие весьма бесперспективное, ибо разница является значительной, хотя бы потому, что исторически Англия являлась прародительницей семьи общего права, а Россия всегда относилась к семье континентального, в большей мере германского, права. Не претендуя на полноту сравнения, а лишь желая про будить в читателе интерес, хотелось бы остановиться на некоторых местах книги, которые очень наглядно показывают отличия в подходах.

Первое существенное различие состоит в том, что процессуальные отношения между сторонами возникают еще до предъявления иска. На стадии «до предъявления иска» происходит сбор и фиксация доказательств адвокатами сторон, при этом их действия регулируются процессуальным правом. Этой стадии известны так называемые «досудебные протоколы», устанавливающие обязательства, которые стороны должны выполнить до предъявления иска. Одна из целей данного механизма состоит в том, чтобы каждая сторона узнала о преимуществах позиции своего оппонента. Также есть надежда, что эффективный обмен информацией будет способствовать заключению мирового соглашения (см. параграфы 1.17-1.19 книги). Весьма необычным выглядит правило, согласно которому в судебном заседании последним выступает истец, а не ответчик (см. параграф 3.89 книги), что контрастирует с отечественным подходом (ч. 4 ст. 190 ГПК РФ и ч. 5 ст. 164 АПК РФ).

В Англии право истца выступать последним мотивируется тем, что именно на истце лежит бремя доказывания, поэтому он заслуживает последнего слова. Право ответчика выступать последним уходит своими корнями в уголовный процесс, который существенно отличается, поэтому в английском гражданском процессе и был принят иной подход, который, как считается, более близок духу гражданского процесса. В некоторых случаях институты английского процесса известны российскому праву, но особенности регулирования представляются крайне своеобразными. Это касается, например, проведения судебного разбирательства в случае неявки одной из сторон.

Ничего необычного в рассмотрении дела в отсутствие стороны и целом нет, такие же правила предусмотрены и ГПК РФ и АПК РФ. Но интересным является правило, согласно которому в случае неявки одной из сторон судья может обязать явившуюся сторону сформулировать разумные аргументы в пользу отсутствующей стороны, с тем, чтобы суд мог вынести законное и обоснованное заочное решение (см. параграф 3.89 книга, сноска 545). Представляется, что подобная практика вряд ли может быть заимствована российским законодателем в ближайшем будущем, ибо это требует изменения культуры российских адвокатов и юристов. Пока что представляется маловероятным, что среднестатистический представитель стороны в российском суде честно и беспристрастно изложит все аргументы, которые могла бы заявить другая сторона.

В Англии это работает успешно хотя бы в силу того факта, что барристеры, по общему правилу, не заключают договоры напрямую с клиентом, а рассматривают себя в качестве служителей правосудия, поэтому ставят интересы правосудия выше интересов своих клиентов.

Автором анализируются тенденции в доказательственном праве Англии. В частности, заслуживают внимания рассуждения автора о том, что английское право все больше сближается с континентальной системой «свободной оценки доказательств». Изменение подхода к оценке доказательств проявляется, в частности, в том, что английские суды окончательно пересмотрели подход к двум известным концепциям: «правило о запрете показаний с чужих слов» (так называемое hearsay (evidence) rule) и «правило о необходимости предоставлять наилучшие доказательства» (best evidence rule). Обе эти концепции исторически применялись с целью установить правила о заранее предустановленной силе некоторых доказательств.

Например, показания с чужих слов не принимались исходя из предпосылки, что такие показания могли быть даны только тем лицом, с чьих слов эти показания записаны. Но подход английского права в этой части изменился начиная с 1996 г.

Как указывает профессор Н. Эндрюс в книге, также доказательства принимаются судами, но при их оценке суд должен определить вес такого доказательства, в том числе с учетом того, было ли возможно для стороны вызвать в качестве свидетеля лицо, которое является источником первоначальных знаний, а также насколько истина могла быть искажена в процессе получения доказательства (см. параграфы 3.94-3.97 книги).

Продолжая тему доказательств, нельзя не коснуться и вопросов раскрытия доказательств сторонами. Как указывается в настоящей книге, в Англии было введено понятие «стандартного раскрытия», чтобы предоставление доказательств было подчинено более четкому критерию относимости. «Стандартное раскрытие» включает: документы, на которые полагается сторона А; которые оказывают неблагоприятное влияние на позицию самой стороны Л; которые оказывают благоприятное или неблагоприятное влияние па позицию стороны В; и все прочие документы, которые сторона А обязана раскрыть в соответствии с действующей в данном случае практикой (см. параграфы 1.10, 1.35 и др).

До принятия ПГС применялся слишком широкий критерий для соответствующих документов - так называемый критерий дела «Перувиан Гуано» (Peruvian Guano) (1882). Согласно ему в раскрытие включались побочные документы. Идея состояла в том, что если разрешить оппоненту изучать эти «внешние» документы, он будет в состоянии косвенным путем («следуя по цепочке») обнаружить обстоятельства первостепенной важности. Этот процесс раскрытия доказательств одной стороной и их изучения другой мог привести к увеличению расходов на юридические услуги и задержкам; также он мог использоваться для шантажа, поскольку одна сторона могла цинично «похоронить другую сторону в бумажной лавине» (параграфы 3.23-3.24).

Как показано выше, подход российского суда далек даже от ограниченной системы раскрытия, предусмотренной ПГС, не говоря уже о раскрытии по системе Peruvian Guano, хотя дойти до нужного доказательства «по цепочке» вполне возможно. В этой связи интересно сравнить процедуру раскрытия доказательств с отечественным процессуальным законом. Хотя ГПК РФ не известна процедура раскрытия доказательств, такие нормы были введены в АПК РФ 2002 г. Часть 3 ст. 65 предусматривала в первоначальной редакции, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания. Нетрудно заметить, что в данном случае сторона раскрывает только те доказательства, которые поддерживают ее позицию.

Процедура раскрытия доказательств в английском праве отражает подход английского права к роли суда в процессе. Как уже указывалось выше, суд практически не вмешивается в сбор доказательств сторонами - эти функции возложены на представителей сторон. В Англии сторона обязана предоставить другой стороне (а не суду) перечень документов (это и называется «раскрытие») и дать возможность для их изучения, при этом на данной стадии раскрытые документы к материалам дела не приобщаются. Такая информация становится доказательством, только если она формально «представляется» в материалы дела (adduced) для целей разбирательства или иного «заседания» одной из сторон (см. параграф 3.33 книги).

Этот подход контрастирует с позицией российского процессуального права, согласно которой истребованные доказательства приобщаются к материалам дела, даже если ни одна из сторон на них не ссылается в обоснование своей позиции. В этой связи интересно сравнить процедуру раскрытия доказательств с отечественным процессуальным законом.

Основная цель раскрытия доказательств в английском процессе - это предоставить другой стороне возможность для изучения раскрытых доказательств (inspection of disclosed documents). Похожие нормы были введены в АПК РФ 2002 г. Часть 3 ст. 65 предусматривала в первоначальной редакции, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания. Позднее эта норма была дополнена словами «или в пределах срока, установленного судом».

В английском процессе нарушение сроков раскрытия доказательств полностью лишает сторону права ссылаться на нераскрытые вовремя доказательства. Хотя сторона, так же как и в России, может ссылаться на уважительные причины пропуска срока, подход английских судов очень жесткий - за пределами срока практически невозможно добиться их приобщения. Как следствие - стороны в английском процессе ведут себя более добросовестно и, в большинстве случаев, успешно справляются с задачей своевременного раскрытия доказательств.

АПК РФ также предусматривает последствия невыполнения обязанности по своевременному раскрытию доказательств. Во-вторых, ч. 4 ст. 65 АПК РФ четко предусматривает, что сторона вправе ссылаться только на те доказательства, которые были раскрыты заблаговременно. Во-вторых, нарушение сроков предоставления доказательств может быть основанием для отнесения на лицо, участвующее в деле, судебных расходов независимо от исхода дела.

Несмотря на то, что этот вопрос более чем адекватно урегулирован в процессуальном законе, на практике представление доказательств и аргументов с нарушением сроков или вовсе непосредственно во время судебного заседания является крайне распространенной практикой. Причина тому - лояльное отношение судов к лицам, не выполняющим свои обязанности по своевременному раскрытию доказательств.

Как указано в п. 35 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 г. № 82: «Доказательства, не раскрытые лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания, представленные на стадии исследования доказательств, должны быть исследованы арбитражным судом первой инстанции независимо от причин, по которым нарушен порядок раскрытия доказательств. Причины, но которым ранее не были раскрыты доказательства, могут быть учтены арбитражным судом при распределении судебных расходов (часть 2 статьи 111 АПК РФ)».

Если к этому добавить крайне отрицательное отношение судов к присуждению судебных расходов, то заблаговременное раскрытие доказательств становится неработающим институтом процесса. В этой связи полезно обратиться к анализу автором функций раскрытия доказательств. Как указывает профессор Эндрюс, раскрытие доказательств (disclosure) выполняет четыре основные функции: во- первых, помогает достичь равного доступа к информации; во-вторых, способствует разрешению споров; в-третьих, помогает избежать так называемых «судебных ловушек», т.е. ситуаций, когда сторона не может надлежащим образом отреагировать на информацию, внезапно раскрываемую на последнем заседании; и, наконец, помогает суду точно оценить факты при вынесении решения по существу дела.

Продолжая изучать интересные особенности английского процесса нельзя обойти стороной и систему условных вознаграждений юристов (вознаграждение в зависимости от исхода дела, которое среди российских юристов также получило название «гонорар успеха»). В параграфах 5.15 и 5.16 книги автор приводит очень сжатый и интересный анализ того, в чем плюсы и минусы так называемых условных вознаграждений. Далее в параграфах 5.18-5.19 можно найти обстоятельное сравнение с системой «вознаграждения из присужденных средств» (contingency fees), применяемой в США. Основное отличие в Англии состоит в том, что юрист не может получать огромный процент от выигранной суммы, но он может установить премию, которая, по общему правилу, не должна превышать 100% надбавки к реальной стоимости юридических услуг.

При ознакомлении с данной частью работы следует иметь в виду, что условные вознаграждения работают и в случае, если сторона получает государственную субсидию на покрытие судебных расходов. Так, если сторона выигрывает дело, то из «гонорара успеха» она должна вернуть государству сумму субсидии, если же она дело проиграла, то часть расходов покроется за счет субсидии. В любом случае при условном вознаграждении государство не должно предоставлять финансирование сразу.

Именно это имеет в виду автор, когда пишет в параграфе 5.15: «(b) поскольку система условных вознаграждений предполагает частное финансирование доступа к правосудию, она избегает государственных расходов на оказание юридической помощи». Также свои особенности имеет и порядок наложения ареста на имущество должника.

В английском процессе суд может наложить арест на имущество и одновременно с ним обязать сторону предоставить информацию о принадлежащем ему имуществе, причем неисполнение обязанности по раскрытию информации будет рассматриваться как неуважение к суду и влечь ответственность в виде штрафа (сумма на усмотрение суда без каких-либо ограничений), тюремного заключения или конфискации имущества (параграф 6.06 книги).

В деле Lexi Holdings pic v Shaid Luqman [2007] EWHC 1508 (Ch), n. [182] и следующие, лицо было лишено свободы на срок 18 месяцев за непредоставление своего паспорта и иных документов, несохранение доказательств, нераскрытие информации об активах и непредоставление информации о местонахождении средств и активов, а также за совершение сделок с имуществом и активами, на которые распространялось действие приказа о блокировании активов.

Кроме того, неисполнение судебного запрета лицом, которое не участвует в деле, но которое было уведомлено о подобном судебном запрете, также может рассматриваться как неуважение к суду, если такая третья сторона будет способствовать нарушению данного запрета или подстрекать к нему, либо предпримет самостоятельные действия по его нарушению (см. параграф 6.06). Нельзя обойти стороной и нормы о возможности использовать доказательства, полученные стороной в судебном разбирательстве, и ином процессе.

В английском процессуальном праве этот вопрос решается через институт «подразумеваемого обязательства», которое исходит из обязанности стороны, получившей доказательство и рамках судебного разбирательства, использовать это доказательство только в данном конкретном процессе. Аналогичное ограничение устанавливается для юриста получателя. Статья 31.22 ПГС устанавливает: «Сторона, которой был раскрыт документ, вправе использовать его только для целей процесса, в котором он был раскрыт, за исключением случаев, когда (а) документ был прочитан суду или судом либо на пего была сделана ссылка в открытом заседании; или (Ь) суд дает свое разрешение; или (с) сторона, раскрывшая документ, и лицо, которому принадлежит документ, дают свое согласие».

Данное обязательство также препятствует ему раскрывать информацию лицам, не являющимся сторонами (см. параграф 3.36 книги). Надо сказать, что этот подход имеет свои плюсы и минусы.

С одной стороны, можно утверждать, что нет смысла вводить запрет на использование доказательства в другом судебном разбирательстве, если в первоначальном деле оно было получено законным способом.

С другой стороны, при истребовании доказательств суд руководствуется их относимостью к предмету спора, допустимостью и невозможностью для заявителя получить их самостоятельно. Если бы суд знал, что это доказательство будет использовано в другом процессе, то, возможно, ходатайство об истребовании не было бы удовлетворено но мотивам неотносимости к предмету спора - необходимость истребования доказательства должна каждый раз разрешаться судом с учетом предмета и основания иска, а также иных факторов, имеющих значение для правильного и своевременного рассмотрения дела. Тем не менее данное правило, безусловно, дает пищу для размышлений.

В гл. 8 книги автор рассматривает формы многостороннего разбирательства, в частности: (i) представительское разбирательство (representative proceedings); (ii) групповые иски в соответствии с «приказом о групповом разбирательстве» (group litigation order); или (iii) объединенное разбирательство (consolidated litigation), а также приводит размышления о возможности принятия в Англии системы «коллективных требований» по системе «возможность выйти» (система «возможность выйти» подразумевает, что все члены группы, идентифицированные с помощью определенных критериев (например, «курильщик, который курил сигареты марки X в период с 1977 по 1978 г.»), считаются истцами независимо от их волеизъявления, но они могут выйти из группы путем написания заявления).

Анализ форм многостороннего разбирательства (особенно приказа о групповом разбирательстве) приобретает особое звучание в контексте изменений АПК РФ, которыми была введена гл. 28.2 «Рассмотрение дел о защите прав и интересов группы лиц».

Несмотря на очевидную необходимость иметь специальные механизмы для рассмотрения споров с большим количеством участников, нормы гл. 28.2 АПК РФ все еще далеки от совершенства и пока не пользуются популярностью в нашей стране.

Анализ форм и особенностей регулирования многостороннего разбирательства, сделанный профессором Эндрюсом, является ценным подспорьем для тех, кто пытается исследовать или использовать институт группового разбирательства в России.

Новеллы, которые могут быть
имплементированы в российский процесс

Отдельно хочется остановиться на тех институтах английского процесса, которые, на наш взгляд, могли бы быть заимствованы в целях улучшения российского процессуального права.

В отношении ранее рассмотренных вопросов, подход английского права не так далек от российского. Как и в российском процессе, не допускается заявление повторного иска с тем же предметом, по тем же основаниям и между теми же сторонами, только в английском процессе это решается через институт запрета возражений (эстоппель) в отношении оснований иска (так называемый cause of action estoppel), а в России - через институт прекращения производства по делу.

Далее в отношении ранее разрешенного вопроса права или факта английское право использует запрет возражений (эстоппель) по решенному вопросу (issue estoppel), что ближе к понятию преюдициальных фактов (см. подробнее об этом в параграфах 4.12-4.14 настоящей книги).

Однако, как известно, российские участники процесса достаточно легко обходят данные ограничения. Например, заявляют иск, в котором один из элементов (либо предмет, либо основания, либо стороны) не совпадает, что позволяет им фактически заново рассмотреть уже проигранное дело, заставляя машину правосудия многократно рассматривать один и тот же по сути спор. Привлечение других сторон во многом позволяет обойти применение правил о преюдиции, поскольку ст. 69 АПК РФ и ст. 61 ГПК РФ предусматривают, что ранее установленные факты не доказываются, если в деле участвовали те же стороны.

Российское процессуальное право не содержит эффективного «противоядия» против подобных недобросовестных действий лиц, участвующих в деле. В этой связи представляются интересными правила, установленные в английском прецеденте Henderson v Henderson и 1843 г.

Из этого прецедента следует, что английское право не ограничивается запретом повторного разбирательства по решенным вопросам. Оно идет дальше и указывает на недопустимость разбирательств по вопросам, которые могли быть беспрепятственно включены стороной в иск или возражение на него в более раннем разбирательстве между теми же сторонами (см. подробнее параграф 4.15).

Представляется, что подобная новелла вполне могла бы быть реципирована хотя бы при разбирательстве дела в арбитражных судах, где интересы коммерсантов обычно представляют квалифицированные юридические представители, которые могут и должны объяснять своим доверителям последствия несовершения процессуальных действий.

Несомненный интерес представляет раздел, посвященный возможности взыскания убытков со стороны, которая подает иск в суд в нарушение соглашения о передаче всех споров в арбитраж (третейский суд) (параграф 10.19 книга).

Российское право не предусматривает гражданско-правовую ответственность за нарушение арбитражного соглашения, а оперирует только процессуальными последствиями - оставление иска без рассмотрения (и. 5 ст. 148 ЛГТК РФ, ст. 222 ГПК РФ). Представляется, что введение гражданско-правовой ответственности за нарушение арбитражного соглашения позволило бы ограничить злоупотребления со стороны недобросовестных участников разбирательства и избежать «параллельных» разбирательств в арбитраже и государственном суде.

Для российских судов и юристов не секрет, что многие апелляции участниками процесса подаются с единственной целью отсрочить вступление судебного акта в законную силу. Против таких недобросовестных действий английское процессуальное право предлагает весьма интересное средство - это наложение на апеллянта обязанности предоставить обеспечение как условие принятия апелляции к рассмотрению. Условие может требовать от ответчика предоставить обеспечение в отношении расходов истца либо внести присужденную сумму в депозит суда (см. параграф 3.12 книги).

Однако применять это правило нужно с особой осторожностью. Возможность подать апелляцию на судебный акт рассматривается как составная часть права на судебную защиту, поэтому возложение дополнительных обязанностей на апеллянта не должно лишать его конституционных прав.

Без сомнения, перечень интересных институтов и норм, которые можно было бы использовать в российском процессуальном праве во многом является субъективным. Но даже такой короткий перечень новелл, которые можно было бы обсудить в контексте их заимствования, как нам представляется, может пробудить интерес к более глубокому изучению современного процессуального законодательства (хотя кто-то может посчитать, что даже эти нормы несовместимы с идеей гражданского процесса в странах континентальной правовой семьи).

Как работать с книгой

Отдельно хочется высказать некоторые рекомендации по работе с книгой, поскольку сам стиль написания и структура книг иностранных авторов зачастую непривычны для российского читателя.

Прежде всего необходимо отметить, что данная книга рассчитана на подготовленного читателя.

Профессор Нил Эндрюс не рассматривает базовые понятия английского гражданского процесса, такие как подсудность и подведомственность гражданских дел, структуру судов, а фокусируется на дискуссионных вопросах гражданского процесса.

Для ознакомления с базовыми вопросами английского гражданского процесса Англии рекомендуется обращаться к следующим книгам:

1. Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М.: Издательский дом «Городец», 2008; Кудрявцева Е.В. Источники гражданского процессуального права Англии. М.: Статут, 2006;

2. Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран. 2-е издание. М.: Проспект, 2004;

3. Гражданский процесс зарубежных стран: учебное пособие / Под ред. А.Г. Давтян. М.: Проспект, 2008.

Кроме того, внимательный читатель может обратить внимание на то, что в книге встречается много повторов, например, вопрос о том, по каким гражданским делам допускается рассмотрение дела судом присяжных, практически дословно повторяется в параграфе 3.86 и сносках 530 и 561.

Также вопрос о том, в какой суд подаются апелляции, повторяется в параграфе 4.02 и сноске 573. Такие повторения - достаточно распространенное явление в английской литературе. Вызвано это тем, что подобные книги в Англии используются практикующими юристами, которые редко читают книгу или даже главу целиком, а чаще находят ответ на интересующий их вопрос с помощью алфавитно-предметного указателя. Поэтому автор стремится сделать каждый параграф самодостаточным, либо путем повторения, либо путем включения ссылки на другой параграф.

Желаем Вам приятного прочтения этой занимательной книги!

Р.М. Ходыкин
г. Москва, декабрь 2011 г.

Отзывы

Отзывы к книге Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж

У вас в руках – настоящий профессиональный подарок и себе, и коллегам-юристам.

Это книга одного из лучших экспертов по гражданскому процессу Англии, профессора гражданского и частного права Кембриджского университета Нила Эндрюса. Не ищите английский оригинал книги. Вы его не найдете. Автор специально подготовил эту книгу для российских специалистов. За последние 20 лет это первая переводная работа очень высокого профессионального уровня, которая открывает отечественным процессуалистам доступ к первоисточникам. Автор фокусируется на дискуссионных вопросах гражданского процесса, в полной мере учитывает происходящие в современной Англии реформы, включает в систему гражданского процесса и исследует также медиацию и арбитраж – альтернативные способы урегулирования и разрешения споров.

Книга хорошо структурирована, автор стремился сделать каждый параграф самодостаточным, с помощью поискового аппарата обеспечить быстрый поиск нужной информации, – это еще и отличный пример того, как надо писать книги для специалистов.

Российские бизнесмены все чаще передают свой спор на рассмотрение судов Англии. Вызвано ли это недоверием к нашей судебной системе или ее несовершенством? В России идет реформа гражданского процесса. Какие новые правовые новеллы могут быть имплементированы в российский процесс? Какие правила уже признаны неудачными в Англии? Какие изменения можно сделать для того, чтобы отечественная судебная система стала привлекательной для иностранных участников?

Все это – в новом, интересном, актуальном и полезном издании для отечественных процессуалистов.

Авторы книги Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж
Нил Эндрюс Нил Эндрюс Профессор Кембриджского университета, колледж Клэйр (Великобритания). Один из ведущих специалистов Англии в области гражданского процесса.

Выступал с лекциями по английскому гражданскому процессуальному праву в Австрии, Бельгии, Бразилии, Канаде, Китае, Чехии, Франции, Германии, Израиле, Италии, Японии, Мексике, Нидерландах, Португалии, Испании, Швеции, Швейцарии и США. Профессор Эндрюс является членом президиума (заместителем президента) Международной ассоциации процессуального права (всемирной ассоциации специалистов в сфере гражданского процессуального права), представителем Англии в редакционном комитете проекта Американского института права / Международного института унификации частного права UNIDROIT «Принципы транснационального гражданского процесса».
В 2007 г. по рекомендации многих ведущих судей Высокого суда правосудия, Апелляционного суда и Верховного суда избран старшиной коллегии барристеров Middle Temple (Лондон) в знак признания профессиональной компетенции в сфере гражданского процессуального права.

Все чаще и чаще в газетах можно увидеть информацию о том, что российские бизнесмены передали свой спор на рассмотрение судов Англии. Вызвано ли это недоверием к нашей судебной системе или ее несовершенством? Как показывает статистика, английские суды пользуются популярностью не только у наших соотечественников.

По данным английского правового общества (Law Society), в 80% дел, рассматриваемых английскими судами, присутствует, как минимум, одна иностранная сторона, а практически в 50% дел обе стороны являются иностранными. По сути это означает, что Англия воспринимается иностранными бизнесменами как удачное место для разрешения их споров, даже если такие споры не имеют какой-либо связи с юрисдикцией английских судов.

Можно назвать несколько причин данной популярности английских судов.

Во-первых, английский гражданский процесс исторически развивался как сугубо состязательный. Хотя принцип состязательности был известен и гражданскому процессу советского периода, его сущность состояла в том, что, возлагая на стороны обязанность по доказыванию, закон не ставил суд в положение безучастного арбитра, при недостаточности доказательств суд должен был заботиться об их восполнении. При этом в новых процессуальных кодексах суд не был лишен активной роли в установлении действительных обстоятельств по делу, хотя роль суда в процессе доказывания, надо сказать, заметно снизилась.

В отличие от судов стран континентальной правовой традиции роль суда в Англии исторически была крайне пассивной, суд лишь оценивал доказательства, представленные сторонами, и выносил по ним свое решение, при этом редко вмешиваясь в управление делом. Стороны сами определяли, какие доказательства им представлять, кого вызывать в качестве свидетелей и экспертов. Такая модель и являлась полностью состязательной, поскольку суд абсолютно не вмешивался в процесс сбора доказательств.

Хотя такой подход не безупречен и ведет во многом к увеличению судебных расходов сторон и затягиванию разрешения спора, он позитивно воспринимался бизнес-сообществом, поскольку состязательность рассматривается спорящими сторонами как один из ключевых факторов при выборе форума.

В последнее время в Англии были проведены две реформы, направленные на усиление роли суда по управлению делом и снижению юридических расходов, но при этом английский законодатель стремится не умалить состязательность, дабы не снизить привлекательность английских судов в глазах тяжущихся сторон.

Во-вторых, английские судьи пользуются заслуженным авторитетом и признанием в мире. Как правило, судьями становятся бывшие барристеры после весьма продолжительной карьеры в качестве практикующего юриста. Ко времени вступления в должность судьи большинство кандидатов уже являются состоятельными людьми и становятся членами судейского сообщества с целью «помочь справедливости восторжествовать».

Автору настоящих строк не доводилось встретить каких-либо заявлений или публикаций, где была бы отмечена коррупция в английских судах или указывалось на низкую профессиональную квалификацию судьи. Критика чаще сводится к тому, что английский суд имеет лучшее и самое дорогое образование, состоит из весьма обеспеченных людей и потому не всегда адекватно воспринимает нужды простого народа. Но высокая квалификация судей и их независимость воспринимается бизнес-сообществом в качестве преимущества английских судов, что обеспечивает приток международных дел в английские суды и арбитражи.

В-третьих, само английское право часто выбирается сторонами сделки в качестве применимого права. Английское право формировалось как, своего рода, право коммерсантов, поэтому оно во многих случаях дает коммерсанту максимально возможную правовую защиту, по сравнению с другими правовыми системами. Выбор английского права в качестве применимого к сделке во многих случаях определяет и выбор места для разрешения споров, коим часто становится английский суд или Лондонский международный третейский суд (London Court of International Arbitration).

Ну и, в-четвертых, английские суды находятся в постоянном диалоге с «потребителями судебных услуг», стремясь сохранить передовые позиции в деле разрешения споров. Как указывает профессор Эндрюс, «Юридические процедуры, как и политическая система, характеризуются демократией. Если избиратели предпочитают одну политическую партию другой, они могут указать это в кабинке для голосования. Если судебная система (или отдельная категория судов) окажется слишком дорогой или процесс в ней будет обременен ненужными деталями, то лица, имеющие право выбора, - граждане, компании, в том числе иностранные, и даже государственные органы, - предпочтут обратиться в другую инстанцию. Именно по этой причине важное значение имеют комитеты «пользователей судов» (Committees of Court Users). Они могут дать судьям критические отзывы об отправлении ими правосудия по гражданским делам в целом - избегая, конечно, официальных комментариев но отдельным делам» (см. параграф* 9.52 книги).

В России также продолжают осуществляться реформы гражданского процесса. За последние годы существенные изменения в Арбитражный процессуальный кодекс РФ (далее - АПК РФ) вносились, как минимум, шесть раз.

Достаточно существенной переработке подвергся и Гражданский процессуальный кодекс РФ (далее - ГПК РФ). Изучение иностранного опыта при проведении реформ гражданского процесса позволяет, с одной стороны, воспринимать и имплементировать новые правовые идеи, а с другой стороны, избегать введения правил, которые уже признаны неудачными в судебных системах иностранного государства.

Изучение английского опыта также позволяет понять, какие изменения можно сделать для того, чтобы система гражданского процесса стала более привлекательной для иностранных участников. Книги по гражданскому процессу Англии, в том числе переводные, уже публиковались в России.

Так, в 1980 г. был опубликован перевод работы: Уолкер Р. Английская судебная система / Пер. Т.В. Апарова, отв. ред. и предисл. Ф.М. Решетников М.: Юридическая литература, 1980. Кроме того, английский гражданский процесс активно исследовался и отечественными учеными. Здесь прежде всего стоит вспомнить работы профессора В.К. Пучинского: Пучинский В.К. Английский гражданский процесс. М.: УДН, 1974; Он же. Обращение в суд в английском гражданском процессе. М.: УДН, 1983; Он же. Понятие и источники гражданского процессуального права Англии, США и Франции. М.: УДН, 1988. Нельзя обойти вниманием и еще одну классическую работу: Кейлин А.Д. Судоустройство и гражданский процесс капиталистических государств. Часть 1: «Судоустройство». М.: Международная книга, 1950.

В современной литературе также существует большое количество книг, которые в той или иной мере посвящены гражданскому процессу Англии, в частности: Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М.: Издательский дом «Городец», 2008; Она же. Источники гражданского процессуального права Англии. М.: Статут, 2006; Она же. Судебное решение в английском гражданском процессе. М., 1998; Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. М., 1999; Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран. 2-е изд. М.: Проспект, 2004; Гражданский процесс зарубежных стран: учебное пособие / Под ред. А.Г. Давтян. М.: Проспект, 2008.

В этой связи читатель может задаться вопросом, а стоило ли переводить еще одну работу по английскому гражданскому процессу? Представляется, что есть, как минимум, четыре причины, по которым перевод данной книги был необходим.

Первая: за последние годы в гражданском процессе Англии произошли существенные изменения. Несмотря на мировое признание английских судов в качестве хорошего форума для разрешения коммерческих споров, процессуальное право Англии не стоит на месте, а продолжает совершенствоваться. Начиная с 1998 г. в этой стране прошли, как минимум, три больших реформы процессуального права. Так, в 1998 г. завершилась первая реформа, известная как «реформа Вульфа» (по имени лорда Вульфа), которая выразилась в глобальном пересмотре всего процессуального права и принятии Правил гражданского судопроизводства (далее - ПГС) с целью сделать правосудие более доступным, изменить культуру судебного разбирательства в Англии (см. параграфы 1.01-1.02 книги).

Далее, в 2005 г., был принят Закон о конституционной реформе, в результате которого был создан Верховный суд, заменивший собой Апелляционный комитет Палаты лордов (см., например, параграф 2.06 книги). Кроме того, в настоящий момент завершается работа по реформированию системы судебных расходов, в рамках которой лорд-судья Джексон подготовил «Обзор расходов в гражданском процессе» (декабрь 2009 г.)8, где исследовал в полном объеме тему расходов и финансирования. Опубликованные издания на русском языке не могли в полной мере учесть происходившие в последнее время в Англии реформы.

Вторая: исследуя проблематику английского процесса, отечественные ученые часто находятся в некотором информационном вакууме, не имея возможности получить доступ ко всей литературе по теме, и потому не всегда могут так же скрупулезно исследовать тот или иной вопрос, как английские коллеги. В этой связи доступ к первоисточникам - работам английских ученых - нельзя переоценить даже при наличии исследований ученых российских. Поскольку последняя переводная работа была опубликована в 1980 г., т.е. более 20 лет назад, перевод данной книги открывает отечественным процессуалистам доступ к первоисточникам.

Третья: в отличие от авторов большинства отечественных работ по гражданскому процессу Англии профессор Нил Эндрюс включает в систему гражданского процесса и исследует также медиацию и арбитраж - альтернативные способы урегулирования и разрешения споров, которые в настоящее время приобретают все большее значение в Англии, РФ и других цивилизованных странах.

Четвертая: немаловажным является и личность автора книги. Профессор Нил Эндрюс, чьему перу принадлежит эта книга, является одним из лучших специалистов по гражданскому процессу Англии, ему присвоено звание «Профессор гражданского и частного права» Кембриджского университета (Великобритания) в знак признания его заслуг в сфере преподавания и публикаций по процессуальному праву. Профессор Эндрюс является членом президиума (заместителем президента) Международной ассоциации процессуального права (всемирной ассоциации специалистов в сфере гражданского процессуального права), представителем Англии в редакционном комитете проекта Американского института права / Международного института унификации частного права UNIDROIT «Принципы транснационального гражданского процесса».

Эти четыре причины заставляют верить, что книга «Система гражданского процесса Англии», которую Вы держите в руках, будет являться новым, интересным, актуальным и полезным изданием и найдет признание среди российских процессуалистов.

В данном предисловии хотелось бы остановиться на некоторых интересных отличиях английского гражданского процесса от российского, а также на тех новеллах, которые, возможно, стоит заимствовать в отечественное процессуальное право.

Некоторые интересные отличия
от гражданского процесса России

Безусловно, сравнивать гражданский процесс Англии и России - занятие весьма бесперспективное, ибо разница является значительной, хотя бы потому, что исторически Англия являлась прародительницей семьи общего права, а Россия всегда относилась к семье континентального, в большей мере германского, права. Не претендуя на полноту сравнения, а лишь желая про будить в читателе интерес, хотелось бы остановиться на некоторых местах книги, которые очень наглядно показывают отличия в подходах.

Первое существенное различие состоит в том, что процессуальные отношения между сторонами возникают еще до предъявления иска. На стадии «до предъявления иска» происходит сбор и фиксация доказательств адвокатами сторон, при этом их действия регулируются процессуальным правом. Этой стадии известны так называемые «досудебные протоколы», устанавливающие обязательства, которые стороны должны выполнить до предъявления иска. Одна из целей данного механизма состоит в том, чтобы каждая сторона узнала о преимуществах позиции своего оппонента. Также есть надежда, что эффективный обмен информацией будет способствовать заключению мирового соглашения (см. параграфы 1.17-1.19 книги). Весьма необычным выглядит правило, согласно которому в судебном заседании последним выступает истец, а не ответчик (см. параграф 3.89 книги), что контрастирует с отечественным подходом (ч. 4 ст. 190 ГПК РФ и ч. 5 ст. 164 АПК РФ).

В Англии право истца выступать последним мотивируется тем, что именно на истце лежит бремя доказывания, поэтому он заслуживает последнего слова. Право ответчика выступать последним уходит своими корнями в уголовный процесс, который существенно отличается, поэтому в английском гражданском процессе и был принят иной подход, который, как считается, более близок духу гражданского процесса. В некоторых случаях институты английского процесса известны российскому праву, но особенности регулирования представляются крайне своеобразными. Это касается, например, проведения судебного разбирательства в случае неявки одной из сторон.

Ничего необычного в рассмотрении дела в отсутствие стороны и целом нет, такие же правила предусмотрены и ГПК РФ и АПК РФ. Но интересным является правило, согласно которому в случае неявки одной из сторон судья может обязать явившуюся сторону сформулировать разумные аргументы в пользу отсутствующей стороны, с тем, чтобы суд мог вынести законное и обоснованное заочное решение (см. параграф 3.89 книга, сноска 545). Представляется, что подобная практика вряд ли может быть заимствована российским законодателем в ближайшем будущем, ибо это требует изменения культуры российских адвокатов и юристов. Пока что представляется маловероятным, что среднестатистический представитель стороны в российском суде честно и беспристрастно изложит все аргументы, которые могла бы заявить другая сторона.

В Англии это работает успешно хотя бы в силу того факта, что барристеры, по общему правилу, не заключают договоры напрямую с клиентом, а рассматривают себя в качестве служителей правосудия, поэтому ставят интересы правосудия выше интересов своих клиентов.

Автором анализируются тенденции в доказательственном праве Англии. В частности, заслуживают внимания рассуждения автора о том, что английское право все больше сближается с континентальной системой «свободной оценки доказательств». Изменение подхода к оценке доказательств проявляется, в частности, в том, что английские суды окончательно пересмотрели подход к двум известным концепциям: «правило о запрете показаний с чужих слов» (так называемое hearsay (evidence) rule) и «правило о необходимости предоставлять наилучшие доказательства» (best evidence rule). Обе эти концепции исторически применялись с целью установить правила о заранее предустановленной силе некоторых доказательств.

Например, показания с чужих слов не принимались исходя из предпосылки, что такие показания могли быть даны только тем лицом, с чьих слов эти показания записаны. Но подход английского права в этой части изменился начиная с 1996 г.

Как указывает профессор Н. Эндрюс в книге, также доказательства принимаются судами, но при их оценке суд должен определить вес такого доказательства, в том числе с учетом того, было ли возможно для стороны вызвать в качестве свидетеля лицо, которое является источником первоначальных знаний, а также насколько истина могла быть искажена в процессе получения доказательства (см. параграфы 3.94-3.97 книги).

Продолжая тему доказательств, нельзя не коснуться и вопросов раскрытия доказательств сторонами. Как указывается в настоящей книге, в Англии было введено понятие «стандартного раскрытия», чтобы предоставление доказательств было подчинено более четкому критерию относимости. «Стандартное раскрытие» включает: документы, на которые полагается сторона А; которые оказывают неблагоприятное влияние на позицию самой стороны Л; которые оказывают благоприятное или неблагоприятное влияние па позицию стороны В; и все прочие документы, которые сторона А обязана раскрыть в соответствии с действующей в данном случае практикой (см. параграфы 1.10, 1.35 и др).

До принятия ПГС применялся слишком широкий критерий для соответствующих документов - так называемый критерий дела «Перувиан Гуано» (Peruvian Guano) (1882). Согласно ему в раскрытие включались побочные документы. Идея состояла в том, что если разрешить оппоненту изучать эти «внешние» документы, он будет в состоянии косвенным путем («следуя по цепочке») обнаружить обстоятельства первостепенной важности. Этот процесс раскрытия доказательств одной стороной и их изучения другой мог привести к увеличению расходов на юридические услуги и задержкам; также он мог использоваться для шантажа, поскольку одна сторона могла цинично «похоронить другую сторону в бумажной лавине» (параграфы 3.23-3.24).

Как показано выше, подход российского суда далек даже от ограниченной системы раскрытия, предусмотренной ПГС, не говоря уже о раскрытии по системе Peruvian Guano, хотя дойти до нужного доказательства «по цепочке» вполне возможно. В этой связи интересно сравнить процедуру раскрытия доказательств с отечественным процессуальным законом. Хотя ГПК РФ не известна процедура раскрытия доказательств, такие нормы были введены в АПК РФ 2002 г. Часть 3 ст. 65 предусматривала в первоначальной редакции, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания. Нетрудно заметить, что в данном случае сторона раскрывает только те доказательства, которые поддерживают ее позицию.

Процедура раскрытия доказательств в английском праве отражает подход английского права к роли суда в процессе. Как уже указывалось выше, суд практически не вмешивается в сбор доказательств сторонами - эти функции возложены на представителей сторон. В Англии сторона обязана предоставить другой стороне (а не суду) перечень документов (это и называется «раскрытие») и дать возможность для их изучения, при этом на данной стадии раскрытые документы к материалам дела не приобщаются. Такая информация становится доказательством, только если она формально «представляется» в материалы дела (adduced) для целей разбирательства или иного «заседания» одной из сторон (см. параграф 3.33 книги).

Этот подход контрастирует с позицией российского процессуального права, согласно которой истребованные доказательства приобщаются к материалам дела, даже если ни одна из сторон на них не ссылается в обоснование своей позиции. В этой связи интересно сравнить процедуру раскрытия доказательств с отечественным процессуальным законом.

Основная цель раскрытия доказательств в английском процессе - это предоставить другой стороне возможность для изучения раскрытых доказательств (inspection of disclosed documents). Похожие нормы были введены в АПК РФ 2002 г. Часть 3 ст. 65 предусматривала в первоначальной редакции, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания. Позднее эта норма была дополнена словами «или в пределах срока, установленного судом».

В английском процессе нарушение сроков раскрытия доказательств полностью лишает сторону права ссылаться на нераскрытые вовремя доказательства. Хотя сторона, так же как и в России, может ссылаться на уважительные причины пропуска срока, подход английских судов очень жесткий - за пределами срока практически невозможно добиться их приобщения. Как следствие - стороны в английском процессе ведут себя более добросовестно и, в большинстве случаев, успешно справляются с задачей своевременного раскрытия доказательств.

АПК РФ также предусматривает последствия невыполнения обязанности по своевременному раскрытию доказательств. Во-вторых, ч. 4 ст. 65 АПК РФ четко предусматривает, что сторона вправе ссылаться только на те доказательства, которые были раскрыты заблаговременно. Во-вторых, нарушение сроков предоставления доказательств может быть основанием для отнесения на лицо, участвующее в деле, судебных расходов независимо от исхода дела.

Несмотря на то, что этот вопрос более чем адекватно урегулирован в процессуальном законе, на практике представление доказательств и аргументов с нарушением сроков или вовсе непосредственно во время судебного заседания является крайне распространенной практикой. Причина тому - лояльное отношение судов к лицам, не выполняющим свои обязанности по своевременному раскрытию доказательств.

Как указано в п. 35 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 г. № 82: «Доказательства, не раскрытые лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания, представленные на стадии исследования доказательств, должны быть исследованы арбитражным судом первой инстанции независимо от причин, по которым нарушен порядок раскрытия доказательств. Причины, но которым ранее не были раскрыты доказательства, могут быть учтены арбитражным судом при распределении судебных расходов (часть 2 статьи 111 АПК РФ)».

Если к этому добавить крайне отрицательное отношение судов к присуждению судебных расходов, то заблаговременное раскрытие доказательств становится неработающим институтом процесса. В этой связи полезно обратиться к анализу автором функций раскрытия доказательств. Как указывает профессор Эндрюс, раскрытие доказательств (disclosure) выполняет четыре основные функции: во- первых, помогает достичь равного доступа к информации; во-вторых, способствует разрешению споров; в-третьих, помогает избежать так называемых «судебных ловушек», т.е. ситуаций, когда сторона не может надлежащим образом отреагировать на информацию, внезапно раскрываемую на последнем заседании; и, наконец, помогает суду точно оценить факты при вынесении решения по существу дела.

Продолжая изучать интересные особенности английского процесса нельзя обойти стороной и систему условных вознаграждений юристов (вознаграждение в зависимости от исхода дела, которое среди российских юристов также получило название «гонорар успеха»). В параграфах 5.15 и 5.16 книги автор приводит очень сжатый и интересный анализ того, в чем плюсы и минусы так называемых условных вознаграждений. Далее в параграфах 5.18-5.19 можно найти обстоятельное сравнение с системой «вознаграждения из присужденных средств» (contingency fees), применяемой в США. Основное отличие в Англии состоит в том, что юрист не может получать огромный процент от выигранной суммы, но он может установить премию, которая, по общему правилу, не должна превышать 100% надбавки к реальной стоимости юридических услуг.

При ознакомлении с данной частью работы следует иметь в виду, что условные вознаграждения работают и в случае, если сторона получает государственную субсидию на покрытие судебных расходов. Так, если сторона выигрывает дело, то из «гонорара успеха» она должна вернуть государству сумму субсидии, если же она дело проиграла, то часть расходов покроется за счет субсидии. В любом случае при условном вознаграждении государство не должно предоставлять финансирование сразу.

Именно это имеет в виду автор, когда пишет в параграфе 5.15: «(b) поскольку система условных вознаграждений предполагает частное финансирование доступа к правосудию, она избегает государственных расходов на оказание юридической помощи». Также свои особенности имеет и порядок наложения ареста на имущество должника.

В английском процессе суд может наложить арест на имущество и одновременно с ним обязать сторону предоставить информацию о принадлежащем ему имуществе, причем неисполнение обязанности по раскрытию информации будет рассматриваться как неуважение к суду и влечь ответственность в виде штрафа (сумма на усмотрение суда без каких-либо ограничений), тюремного заключения или конфискации имущества (параграф 6.06 книги).

В деле Lexi Holdings pic v Shaid Luqman [2007] EWHC 1508 (Ch), n. [182] и следующие, лицо было лишено свободы на срок 18 месяцев за непредоставление своего паспорта и иных документов, несохранение доказательств, нераскрытие информации об активах и непредоставление информации о местонахождении средств и активов, а также за совершение сделок с имуществом и активами, на которые распространялось действие приказа о блокировании активов.

Кроме того, неисполнение судебного запрета лицом, которое не участвует в деле, но которое было уведомлено о подобном судебном запрете, также может рассматриваться как неуважение к суду, если такая третья сторона будет способствовать нарушению данного запрета или подстрекать к нему, либо предпримет самостоятельные действия по его нарушению (см. параграф 6.06). Нельзя обойти стороной и нормы о возможности использовать доказательства, полученные стороной в судебном разбирательстве, и ином процессе.

В английском процессуальном праве этот вопрос решается через институт «подразумеваемого обязательства», которое исходит из обязанности стороны, получившей доказательство и рамках судебного разбирательства, использовать это доказательство только в данном конкретном процессе. Аналогичное ограничение устанавливается для юриста получателя. Статья 31.22 ПГС устанавливает: «Сторона, которой был раскрыт документ, вправе использовать его только для целей процесса, в котором он был раскрыт, за исключением случаев, когда (а) документ был прочитан суду или судом либо на пего была сделана ссылка в открытом заседании; или (Ь) суд дает свое разрешение; или (с) сторона, раскрывшая документ, и лицо, которому принадлежит документ, дают свое согласие».

Данное обязательство также препятствует ему раскрывать информацию лицам, не являющимся сторонами (см. параграф 3.36 книги). Надо сказать, что этот подход имеет свои плюсы и минусы.

С одной стороны, можно утверждать, что нет смысла вводить запрет на использование доказательства в другом судебном разбирательстве, если в первоначальном деле оно было получено законным способом.

С другой стороны, при истребовании доказательств суд руководствуется их относимостью к предмету спора, допустимостью и невозможностью для заявителя получить их самостоятельно. Если бы суд знал, что это доказательство будет использовано в другом процессе, то, возможно, ходатайство об истребовании не было бы удовлетворено но мотивам неотносимости к предмету спора - необходимость истребования доказательства должна каждый раз разрешаться судом с учетом предмета и основания иска, а также иных факторов, имеющих значение для правильного и своевременного рассмотрения дела. Тем не менее данное правило, безусловно, дает пищу для размышлений.

В гл. 8 книги автор рассматривает формы многостороннего разбирательства, в частности: (i) представительское разбирательство (representative proceedings); (ii) групповые иски в соответствии с «приказом о групповом разбирательстве» (group litigation order); или (iii) объединенное разбирательство (consolidated litigation), а также приводит размышления о возможности принятия в Англии системы «коллективных требований» по системе «возможность выйти» (система «возможность выйти» подразумевает, что все члены группы, идентифицированные с помощью определенных критериев (например, «курильщик, который курил сигареты марки X в период с 1977 по 1978 г.»), считаются истцами независимо от их волеизъявления, но они могут выйти из группы путем написания заявления).

Анализ форм многостороннего разбирательства (особенно приказа о групповом разбирательстве) приобретает особое звучание в контексте изменений АПК РФ, которыми была введена гл. 28.2 «Рассмотрение дел о защите прав и интересов группы лиц».

Несмотря на очевидную необходимость иметь специальные механизмы для рассмотрения споров с большим количеством участников, нормы гл. 28.2 АПК РФ все еще далеки от совершенства и пока не пользуются популярностью в нашей стране.

Анализ форм и особенностей регулирования многостороннего разбирательства, сделанный профессором Эндрюсом, является ценным подспорьем для тех, кто пытается исследовать или использовать институт группового разбирательства в России.

Новеллы, которые могут быть
имплементированы в российский процесс

Отдельно хочется остановиться на тех институтах английского процесса, которые, на наш взгляд, могли бы быть заимствованы в целях улучшения российского процессуального права.

В отношении ранее рассмотренных вопросов, подход английского права не так далек от российского. Как и в российском процессе, не допускается заявление повторного иска с тем же предметом, по тем же основаниям и между теми же сторонами, только в английском процессе это решается через институт запрета возражений (эстоппель) в отношении оснований иска (так называемый cause of action estoppel), а в России - через институт прекращения производства по делу.

Далее в отношении ранее разрешенного вопроса права или факта английское право использует запрет возражений (эстоппель) по решенному вопросу (issue estoppel), что ближе к понятию преюдициальных фактов (см. подробнее об этом в параграфах 4.12-4.14 настоящей книги).

Однако, как известно, российские участники процесса достаточно легко обходят данные ограничения. Например, заявляют иск, в котором один из элементов (либо предмет, либо основания, либо стороны) не совпадает, что позволяет им фактически заново рассмотреть уже проигранное дело, заставляя машину правосудия многократно рассматривать один и тот же по сути спор. Привлечение других сторон во многом позволяет обойти применение правил о преюдиции, поскольку ст. 69 АПК РФ и ст. 61 ГПК РФ предусматривают, что ранее установленные факты не доказываются, если в деле участвовали те же стороны.

Российское процессуальное право не содержит эффективного «противоядия» против подобных недобросовестных действий лиц, участвующих в деле. В этой связи представляются интересными правила, установленные в английском прецеденте Henderson v Henderson и 1843 г.

Из этого прецедента следует, что английское право не ограничивается запретом повторного разбирательства по решенным вопросам. Оно идет дальше и указывает на недопустимость разбирательств по вопросам, которые могли быть беспрепятственно включены стороной в иск или возражение на него в более раннем разбирательстве между теми же сторонами (см. подробнее параграф 4.15).

Представляется, что подобная новелла вполне могла бы быть реципирована хотя бы при разбирательстве дела в арбитражных судах, где интересы коммерсантов обычно представляют квалифицированные юридические представители, которые могут и должны объяснять своим доверителям последствия несовершения процессуальных действий.

Несомненный интерес представляет раздел, посвященный возможности взыскания убытков со стороны, которая подает иск в суд в нарушение соглашения о передаче всех споров в арбитраж (третейский суд) (параграф 10.19 книга).

Российское право не предусматривает гражданско-правовую ответственность за нарушение арбитражного соглашения, а оперирует только процессуальными последствиями - оставление иска без рассмотрения (и. 5 ст. 148 ЛГТК РФ, ст. 222 ГПК РФ). Представляется, что введение гражданско-правовой ответственности за нарушение арбитражного соглашения позволило бы ограничить злоупотребления со стороны недобросовестных участников разбирательства и избежать «параллельных» разбирательств в арбитраже и государственном суде.

Для российских судов и юристов не секрет, что многие апелляции участниками процесса подаются с единственной целью отсрочить вступление судебного акта в законную силу. Против таких недобросовестных действий английское процессуальное право предлагает весьма интересное средство - это наложение на апеллянта обязанности предоставить обеспечение как условие принятия апелляции к рассмотрению. Условие может требовать от ответчика предоставить обеспечение в отношении расходов истца либо внести присужденную сумму в депозит суда (см. параграф 3.12 книги).

Однако применять это правило нужно с особой осторожностью. Возможность подать апелляцию на судебный акт рассматривается как составная часть права на судебную защиту, поэтому возложение дополнительных обязанностей на апеллянта не должно лишать его конституционных прав.

Без сомнения, перечень интересных институтов и норм, которые можно было бы использовать в российском процессуальном праве во многом является субъективным. Но даже такой короткий перечень новелл, которые можно было бы обсудить в контексте их заимствования, как нам представляется, может пробудить интерес к более глубокому изучению современного процессуального законодательства (хотя кто-то может посчитать, что даже эти нормы несовместимы с идеей гражданского процесса в странах континентальной правовой семьи).

Как работать с книгой

Отдельно хочется высказать некоторые рекомендации по работе с книгой, поскольку сам стиль написания и структура книг иностранных авторов зачастую непривычны для российского читателя.

Прежде всего необходимо отметить, что данная книга рассчитана на подготовленного читателя.

Профессор Нил Эндрюс не рассматривает базовые понятия английского гражданского процесса, такие как подсудность и подведомственность гражданских дел, структуру судов, а фокусируется на дискуссионных вопросах гражданского процесса.

Для ознакомления с базовыми вопросами английского гражданского процесса Англии рекомендуется обращаться к следующим книгам:

1. Кудрявцева Е.В. Гражданское судопроизводство Англии. М.: Издательский дом «Городец», 2008; Кудрявцева Е.В. Источники гражданского процессуального права Англии. М.: Статут, 2006;

2. Елисеев Н.Г. Гражданское процессуальное право зарубежных стран. 2-е издание. М.: Проспект, 2004;

3. Гражданский процесс зарубежных стран: учебное пособие / Под ред. А.Г. Давтян. М.: Проспект, 2008.

Кроме того, внимательный читатель может обратить внимание на то, что в книге встречается много повторов, например, вопрос о том, по каким гражданским делам допускается рассмотрение дела судом присяжных, практически дословно повторяется в параграфе 3.86 и сносках 530 и 561.

Также вопрос о том, в какой суд подаются апелляции, повторяется в параграфе 4.02 и сноске 573. Такие повторения - достаточно распространенное явление в английской литературе. Вызвано это тем, что подобные книги в Англии используются практикующими юристами, которые редко читают книгу или даже главу целиком, а чаще находят ответ на интересующий их вопрос с помощью алфавитно-предметного указателя. Поэтому автор стремится сделать каждый параграф самодостаточным, либо путем повторения, либо путем включения ссылки на другой параграф.

Желаем Вам приятного прочтения этой занимательной книги!

Р.М. Ходыкин
г. Москва, декабрь 2011 г.

Отзывы к книге Система гражданского процесса Англии: судебное разбирательство, медиация и арбитраж
14048
Нет в наличии

700 грн.

-+
Сообщить о поступлении

Сообщить о поступлении товара

Ваша просьба принята!

Вы получите уведомление о поступлении товара в продажу на указанные Вами контакты
Сообщить о снижении цены

Сообщить о снижении цены

Ваша просьба принята!

Вы получите уведомление при снижении стоимости товара на указанные Вами контакты
Задать вопрос

Информация о доставке

г. Киев, ул. Большая Васильковская, 74, 2 этаж, оф. 7

Олимпийская

Перед тем, как приехать в офис, пожалуйста оформите заказ и дождитесь подтверждения менеджера.

«Нова Пошта»
2 - 3 дня

Гарантируем упаковку заказанных книг, которая обеспечит целостность и сохранность их товарного вида

Курьер «Нова Пошта»
2 - 3 дня

Гарантируем упаковку заказанных книг, которая обеспечит целостность и сохранность их товарного вида

с этим товаром также покупают

Завантажуйте наш мобільний додаток